(New York City)
Флаг города Нью-Йорка
Дата основания: 1613 г.
Площадь: 1214 км2
Телефонный код: +1 (212)
Население: 8 143 000
подробнее...
Главная / Информация о городе / Из истории города / Размышления о черном и белом
Мы переезжаем на сайт Нью-Йорк – Туристер.Ру. Это наш новый проект. Текущий проект дальше развиваться не будет. На новом сайте: достопримечательности Нью-Йорка, музеи Нью-Йорка, небоскребы Нью-Йорка, публикации и многое другое...

Размышления о черном и белом

Родившийся в 1924 году и прошедший свои «университеты» в Гарлеме, Джеймс Болдуин, после недолгой карьеры проповедника, стал одним из первых чернокожих писателей, которые своим яростным красноречием вызвали белую Америку на нелицеприятный разговор. Мэлколм X был куда большим радикалом и куда последовательнее осуждал мир белых, но в его «портрете» Гарлема 1940-х гг. нет ни преувеличений, ни сентиментальности. На кончике пера того или другого город Нью-Йорк предстает пылким, забавным и мрачным, коль скоро он разделен демаркационной линией по цвету кожи.

Отец наш — как бы мне получше описать нашего отца — был обнищавший крестьянин родом с Барбадоса и жил в ненавистном ему Гарлеме, как в ссылке, где он никогда не видел солнца и неба, таких, как на его родине, где ни дома, ни на улице не было настоящей привольной жизни, не было никакой радости. Я хочу сказать — той радости, какую он знавал в прошлом. Если бы он сумел привезти с собой хоть чуточку той радости, которой была полна его жизнь на том далеком острове, тогда, наверное, наша любовь к танцам и морской воздух могли бы подчас скрасить существование в нашей ужасной квартире. Жизнь для нас могла бы стать совсем иной.

Но нет, он привез с собой с Барбадоса лишь страсть к черному рому, угрюмый, заносчивый нрав и веру в магические заклинания, а они ни от чего не излечивали и ни от чего не спасали.

Он не понимал людей, среди которых ему приходилось теперь жить: они не умели толково выражать свои мысли, не обладали ни внушительной внешностью, ни чувством собственного достоинства...

...Хотя бродить по улицам было небезопасно, но в то же время порой случались приятные и неожиданные вещи. Так, например, я открыл для себя метрополитен. То есть я открыл, что мог ездить один в подземке, и, больше того, как правило, ездил бесплатно. Иногда, когда я нырял под турникет, меня ловили, и порой толстые черные леди, схватив меня, пользовались случаем, чтобы прочесть высоко моральную лекцию о непослушных детях, которые разбивают сердца своим родителям. Порой, делая все, что было в моих силах, чтобы они меня не приметили, я ухитрялся создать впечатление, будто нахожусь под присмотром какого-нибудь солидного мужчины или женщины; для этого я проскальзывал в подземку держась к ним поближе, и потом скромно усаживался рядом. Лучше всего было изловчиться сесть между двумя такими людьми, потому что каждый, естественно, мог думать, что я еду с его соседом. Так я и сидел, все время опасаясь разоблачения, слушал шум поезда и следил за мелькающими мимо огнями станций. Поезд подземки, казалось мне, несется с бешеной скоростью, ничто с ним не может сравниться, и мне нравилась такая скорость, потому что в ней таилась опасность.

Во время таких путешествий я подолгу сидел и рассматривал людей. Многие выглядели нарядно — вечер был субботний. Волосы у женщин были завиты локонами или выпрямлены, а ярко-багровая помада па их полных гy6ax сильно контрастировала с темными лицами. На них были какие-то чудные накидки или пальто самых ярких расцветок и длинные платья, у некоторых в волосах сверкали украшения, а к платью иногда были приколоты цветы.

Красота их могла соперничать с красотой кинозвезд. И такого же мнения придерживались, по-видимому сопровождавшие их мужчины. Волосы у мужчин были блестящие и волнистые, высоко зачесанные на макушке; некоторые носили очень высокие шляпы с залихватски загнутыми на один бок полями, а по лацканах их разноцветных сюртуков обязательно красовался цветок. Они смеялись и разговаривали со своими девушками, но делали это вполголоса, потому что в вагоне находились белые. Белые почти никогда не выряжались и вовсе не разговаривали друг с другом — только читали газеты и разглядывали рекламы и объявления. Но они приковывали мое внимание больше, чем цветные, потому что я о них ровным счетом ничего не знал и ума не мог приложить, что это за люди.

В подземке я получил свое первое представление о других районах Нью-Йорка и под землей же впервые ощутил то, что можно назвать гражданским страхом. Я очень скоро обнаружил, что стоило поезду, идущему в любом направлении, миновать определенную станцию, как все цветные пассажиры исчезали. Впервые, когда я это заметил, меня обуяла паника и я совершенно растерялся. Я кинулся из вагона, с ужасом думая о том, что эти белые люди со мной сделают, — ведь рядом не было ни единого цветного, который мог бы меня защитить; цветных я не боялся, хотя они могли меня отругать или даже побить, я знал, что цветные уж во всяком случае не имеют намерения меня прикончить, и я пересел в дугой поезд только потому, что заметил там негра. Но почти все остальные пассажиры в вагоне были белые.

Поезд не остановился ни на одной известной мне станции, и я все больше сжимался от страха, боясь выйти из вагона и боясь в нем оставаться, боясь сказать что-нибудь этому негру и боясь, что он выйдет прежде, чем я успею задать ему свой вопрос. Он был моим спасением, и он стоял с неприступным и грозным видом — какой часто бывает у спасителя.

Джеймс БОЛДУИН
«Скажи, когда ушел поезд?»
1968 г
.
Перевод И. Ветошкиной.

Шок от Гарлема

Повара привезли меня в Гарлем на такси. Белый Нью-Йорк мелькал за окном, точно киношная декорация, и вдруг, когда миновали 110-ю стрит, оставив позади Сентрал-парк, цвет кожи людей стал меняться.

По оживленной 7-й авеню подкатили к кабачку, называвшемуся «Смоллз Пэрэдайз». Перед тем, как мы отъехали из Бостона, попутчики сообщили мне, что это - их любимое ночное заведение в Гарлеме, и посоветовали мне не упустить случая побывать там. Прежде ни одно место развлечений для негров не производило на меня такого впечатления! Вокруг большой, роскошной с виду круглой стойки сидели, выпивая и болтая, тридцать-сорок чернокожих, по преимуществу мужчин. Помню, поначалу я был потрясен их классическими одеждами и безупречными манерами. Везде, где мне дотоле случалось видеть хотя бы десяток негров, собравшихся для выпивки, непременно разыгрывался вселенский тарарам. Но все эти гарлемцы, потягивая напитки, только разговаривали приглушенным шепотом. Подходили все новые клиенты; по большей части бармены знали вкусы каждого и обслуживали автоматически, не дожидаясь заказа, а иным выставляли припасенную заранее особую бутылочку.

Все те негры, которых я знал до сих пор, считали честью щегольнуть денежкой, коль та у них заводилась. Но эти чернокожие спокойно клали купюры на стойку и так же спокойно принимались за выпивку. Равнодушным кивком головы они делали знак бармену наполнить бокал... Эти элегантные манеры казались естественными; ни малейшего признака наигранности. Розовая пелена застлала мне глаза. В те первые пять минут, проведенные в «Раю Смолла», я навсегда распростился с Бостоном и Роксбери.

Я пока еще не знал, что клиентура этого кабачка отнюдь не те, кого можно назвать средними чернокожими обитателями Гарлема. Совсем скоро, начиная с первой же ночи, мне стало открываться, что в Гарлеме обитают еще сотни тысяч негров - таких же забияк и горлодеров, как и негры в любом другом месте. Но это были прожигатели жизни из самых умудренных опытом гарлемцев. День, когда заключаются тайные сделки, подходил к концу, а время для ночных загулов еще не наступило. Привычная вечерняя толпа людей, занятых днем своими повседневными работами, сидела по домам и обедала. Точно так же населяющие Гарлем жулики, плуты и сутенеры сидели в этот час по своим берлогам, чтобы к шести часам разбрестись по своим любимым барам.

От «Смолла» я взял такси до театра «Аполло»... Оттуда я увидел по другую сторону 125-й стрит, па уровне 7-й авеню, большое серое здание гостиницы «Тереза». Это была самая лучшая в Нью-Йорке гостиница, где в ту пору могли останавливаться негры. Это уже впоследствии стали сдавать номера чернокожим гостиницы и в других частях города! Отель «Брэддок» находился всего в одном шаге отсюда — на 126-й стрит, неподалеку от служебного входа театра «Аполло». Я знал, что в баре этого отеля тусовались чернокожие знаменитости. Войдя туда, я увидел в кучу народа вдоль стойки таких широко известных звезд, как Диззи Джильспи, Билли Экстина, Билли Холидея, Эллу Фицджеральд, и Дину Вашингтон.

Затем Дина Вашингтон, сопровождаемая несколькими друзьями, покинула зал; говорили, будто она направляется в бальный зал «Савой», где в этот вечер выступала певица Лайонел Хэмптон — впрочем, звали ее попросту Хэмп. Каким жалким и ничтожным казался рядом с «Савоем» привычный мне бостонский «Роузленд» — равно, как и танец життербаг, который там танцевали, в сравнении со здешней стройностью и элегантностью. Стройное мускулистое тело Хэмптон выдерживало бешеный ритм благодаря ее рослым партнерам: Арнетту Коббу, Иллинойсу Джекету, Декстеру Гордону, Олвину Хойзу, Джо Ньюману и Джорджу Дженкинсу. Я сделал несколько туров танца с хорошенькими особами, сидевшими вокруг площадки.

Примерно треть лож, расположенных вдоль площадки, были заняты белыми, которые по большей части только смотрели на танцующих чернокожих; но иные танцевали с ними вместе, и, как и в Бостоне, среди негров лихо отплясывало несколько белых женщин. Публика не переставала требовать, чтобы Хэмп исполнила «Летим домой», и та наконец повиновалась... Никогда не видел я такой яростной пляски! После того, как два медленных танца водворили спокойствие в зале, объявили Дину Вашингтон. Когда она начала «Солти Паба Блюз», вся публика стала чуть ли не прыгать до потолка...

Гарлем был тогда официально закрыт для белых военных: уже имели место случаи насилия и краж, и молодых белых рекрутов не раз находили убитыми. Полиция пыталась отговорить и гражданских белых лиц от посещения Гарлема, но те по-прежнему продолжали туда наведываться. Всякий мужчина, кто не вел под руку спутницу, бывал немедленно атакован проститутками. «Бэби, не хочешь хорошо провести время?» Подступали сутенеры: «Женщины па любой вкус. Джек, не хочешь ли белую?» Не отставали и торгаши: «Смотрите, вот кольцо с бриллиантами в тысячу долларов! А вот часики за девяносто! Гляньте! Не хотите? Ну а вот за двадцать пять...»

....Год-другой спустя я сам готов был учить чему угодно кого угодно. Но в эту ночь я находился под чарами Гарлема. Это был мир, к которому я принадлежал. Эта ночь явилась для меня тем первым шагом по дороге, пройдя которую, я стал свойским парнем в Гарлеме. Мне предстояло сделаться одним из самых распутных гуляк паразитов восьмимиллионного Нью-Йорка —где четыре миллиона трудятся в поте лица своего, а другие четыре сидят у них на шее.

Из «Автобиографии Мэлколма X» 1964 г.

Подробнее о Нью-Йорке на сайте Туристер.Ру

Смотрите также:
Комментарии
Это я читал «Скажи, когда ушел поезд?» в далеком 1995 году.
Читать интересно , легко но после прочтения осталось какое-то чувство пустоты. Ты анализипуешь прочитанную книгу и понимаешь , что у негров америки нет смысла в жизни. И в этом не виноваты белые или евреи.
Они сами все пр*еб*ли свое "щастье".
Начиная с античного мира , сперва Египтянам, потом Римлянам. Потом нашествие Арабов. Дальше колониальный захват Европейцами. А в перерыви между "античным" веком и средневековьем междуусобные разборки, ничегонеделанья ( белые в это время двигают в науке , в мореплаванье , в военном искустве и тд) . Негры с утра до ночи весялятся бъют в барабаны и размножаются под музыку, не строят городов не развивают торговлю.
....А потом пришел "Писец".
А потом началась работорговля во всех красках своей мерзости. Каждый африканский "царь" называл себя победителем Римской имерии ( римляне и прада доходили до озера (будущее название) Виктория.Бахвальство вышло им боком. И противопоставить они ничего не смогли.
Из века в век у целой рассы не было цели в жизни!!!
Когда все это понимаешь , ты уже не понимаешь почему Они ненавидят БЕЛЫХ?
Был у них шанс когда в африку пришел СССР. Сразу в дружественные африканские страны пошли деньги , оружие , инвестиции и многое другое.
Но как только СССР рухнул "африка" плюнула нам в спину и побежала к бывшим работорговцам ( к своим хозяевам) американцам.
Последний великий шанс был упушен!!!

Вот и остается им только одно, НЕНАВИДЕТЬ БЕЛЫХ, Рэповать и "братковать".
А книжка на один раз как контрацептив. Не в обиду автору.
Даниил | 07.07.2010-22:48
Добавить комментарий
Представьтесь:
Текст комментария:
Ваш email:
Введите текст с картинки:

Реклама

  • Мощное насосное оборудование grundfos высокого качества. Качественный бильярдный кий , купить бильярдный кий
Для туриста
Информация для гидов, экскурсоводов
У вас есть возможность прорекламировать свои услуги на сайте Туристер.ру, подробнее
программы для контакта скачать перейти
vk-zip.ru

Смотрите также:
Случайный отзыв:
Вэйн (дата поездки: март 2005)
It’s up to you, New York... Следующее повествование будет о трех днях пребываниях в NYC, который называют столицей мира. Некоторые могут спросить почему, но для того, чтобы ответить на этот вопрос, надо почувствовать самому всю атмосферу творящегося в этом CITY с большой буквы. Пересечение границы Штатов было произведено с канадской стороны. Самое интересное то, что до забора есть снег, а после (т.е. на территории США) его нет. Это может показаться шуткой, но это действительно так. Сразу же я …
Комментариев: 35, Фотографий: 0
Отзывы туристов | Информация о городе | Фото | Туры в Нью-Йорк | Туристические сайты | Карта сайта
Туристический рейтинг. Туристер.ру Rambler's Top100